Max
Ровно 55 лет назад, 3 июля 1971 года, наша газета сразу в двух публикациях рубрики «Как нас обслуживают» подняла тему, которая тогда волновала тысячи сургутян. Речь шла не о нефти и не о стройках. Журналисты говорили о том, где людям проводить свободное время после работы и почему с этим возникают проблемы.
Для молодого Сургута начала 1970-х вопрос был совсем не праздным. Средний возраст жителей города тогда составлял всего 26 лет, а население приближалось к 40 тысячам человек. Сюда приезжали строители, нефтяники, энергетики, молодые специалисты со всей страны. Днем они работали на стройках и промыслах, а вечером искали место для отдыха и общения.
Вечер без выбора
В статье «Вы пришли отдохнуть?» инспектор Тюменского управления госторгинспекции А. Коровина рассказала о проверке молодежного кафе «Витязь» в поселке энергетиков.
Начинался материал с вопроса, который хорошо отражал настроение того времени: «Закончен рабочий день. Куда пойти вечером? Это самый, пожалуй, наболевший вопрос у молодых строителей, живущих в двух общежитиях поселка энергетиков».
Выбор оказался невелик. Как писала автор, «клуб не работает, танцплощадки нет, в общежитии заняться нечем». Оставалось только кафе «Витязь». Но и оно не оправдывало ожиданий.
– Голубцы с мясом, приготовленные еще утром, подавались разваренными. Мясо – говядина отварная – почему-то заменено на свиное, хотя не было на это калькуляции, не указано оно и в меню. И по какой цене будет отпускаться – неизвестно. В кафе в основном продается вино и совсем нет кофе, какао, молока, безалкогольных напитков, кондитерских изделий, – подробно перечисляла нарушения автор, побывавшая в заведении в роли обычного посетителя. – На кухне разделочные доски битые, со щербинками. Столовая посуда моется прямо под краном, а не в моечной ванне, что может вызвать пищевое отравление. Титан не работает. Деревянные табуретки из зала перенесены на кухню и используются в качестве подставок для кастрюль. Нет даже полотенец ни в одном из цехов, не хватает халатов. Официантки не имеют единой формы.
Но дело было не только в еде. Главная претензия касалась атмосферы. Люди приходили в кафе не просто поужинать. Им хотелось общения и отдыха. «Но музыки и в помине нет», – писала А. Коровина.
В кафе допускали посетителей «в любом виде, вплоть до трико и домашних тапочек. Приходят пьяные и требуют вина на вынос, при отказе же начинают оскорблять официанток, дело доходит даже до угроз». Посетители щелкали семечки прямо в зале, мусорили на полу, а вокруг здания скапливали мусор.
– Чтобы как можно быстрее исправить создавшееся положение, орсу нефтяников (начальник А.А. Апостолов) нужно срочно принять меры к устранению недостатков, касающихся приготовления пищи, потребовать от работников соблюдения правил санитарной гигиены, принять на работу швейцара. А руководству строительства ГРЭС, партийной организации необходимо создать (и в самом ближайшем будущем) посты для дежурства в кафе, – считала автор.
Клуб на вырост
Вторая публикация того же номера переносила читателей в Белый Яр.
Материал И. Афанасьева «Периферия скидок не дает» рассказывал о местном клубе. Проблемы там оказались еще серьезнее.
Корреспондент писал: «Клуб в поселке Белый Яр находится в крайне пожароопасном состоянии. Здание мало по своим размерам, и вечерами, особенно когда демонстрируются хорошие фильмы, всегда бывает переполнен. Кинопроекционная будка не приспособлена для хранения кинофильмов».
Далее следовало еще несколько деталей: «Вокруг здания разбросаны дрова и разный хлам. В пазах стен свисает пакля. Печи, которыми отапливается клуб, неисправны. Не все в порядке с электропроводкой, нет аварийного освещения».
Особенно показательной выглядит история с поиском ответственного за здание клуба. Когда журналист спросил секретаря сельсовета Н.И. Сипайлова, кому принадлежит клуб, тот ответил: «Был совхозный, а теперь – на балансе ЖКК НГДУ». Формально хозяин у объекта имелся, но решением проблем никто заниматься не спешил..
И хотя население поселка росло с каждым днем, новый клуб строить в ближайшее время не собирались. «Значит, следует сделать хороший ремонт в этом здании, создать для жителей нормальные условия для отдыха», – заключал И. Афанасьев.
Что изменилось
Сегодня эти публикации звучат как напоминание. Но не о недостатках отдельных заведений, а скорее о «побочных эффектах» быстрого роста Сургута и северных поселков. Жилье, дороги, магазины, школы и объекты культуры приходилось создавать практически одновременно. И если о нехватке квартир говорили часто, то проблему дефицита мест для культурной жизни почти не освещали. При этом в архивных исследованиях, посвященных становлению Сургута, отмечается, что среди причин увольнений в середине 20 века молодые специалисты нередко называли не только жилищные трудности, но и отсутствие объектов культуры. Для молодежи, приехавшей сюда за тысячи километров от дома, это был важный вопрос. После работы хотелось отдохнуть и встретиться с друзьями, посмотреть кино, потанцевать. Но было негде.
Позже город начал выстраивать систему домов культуры и клубов. В 1980-1990-е годы в Сургуте работало около двух десятков таких учреждений. Часть зданий не сохранилась, часть изменила назначение, но сама система досуга стала за прошедшие десятилетия гораздо устойчивее и разнообразнее.
Сегодня трудно представить ситуацию, когда у жителей нет выбора, куда пойти вечером. В городе работают кафе, рестораны, кинотеатры, театры, музеи, выставочные площадки, филармония, спортивные центры, клубы по интересам и творческие студии. Все это давно стало привычной частью городской жизни.
Тем интереснее читать пожелтевшие газетные страницы 1971 года. За рассказом о разваренных голубцах, грязном зале кафе и переполненном клубе скрывается история молодого города, который только учился быть не просто местом работы, а местом для жизни. И если тогда главный вопрос звучал так: «Куда пойти вечером?», то сегодня сургутяне чаще выбирают не между отсутствием вариантов, а между множеством возможностей. В этом и видна одна из главных перемен последних десятилетий.
