Max
В небе над окрестностями Сургута ежедневно работают десятки беспилотников: они круглосуточно следят за состоянием стратегических энергообъектов. Но сегодня к производственным задачам добавилась новая реальность – воздушная безопасность города. На аэродроме «Боровая» встретились представители силовых структур, диспетчеры, пилоты малой авиации и операторы беспилотников, чтобы обсудить, как действовать при сигнале «Беспилотная опасность». Департамент региональной безопасности Югры организовал совещание, чтобы выработать понятные правила для всех участников воздушного движения.
Где можно летать
Карта полетов над Сургутом напоминает лоскутное одеяло: значительная часть территории попадает в зоны с ограничениями. Это и десятикилометровый радиус вокруг международного аэропорта Сургут, и зона безопасности аэродрома «Боровая», и охраняемые периметры стратегических объектов. Даже для тренировки или испытания нового оборудования операторам приходится искать место, где полеты разрешены.
Руководитель местного Центра развития беспилотных технологий «Северная пчела» Алексей Кучин напомнил, каких усилий стоило сургутским энтузиастам и пилотам найти площадку для законных тренировок. Около года ушло на согласования с мэрией и авиационными властями. В итоге удалось выделить участок размером 200 на 100 метров – сургутский полигон для тех, кто хочет учиться летать легально и отрабатывать навыки.
Но даже на разрешенных площадках правила ужесточились. Решением губернатора от 25 сентября при сигнале «беспилотная опасность» малая авиация и беспилотники обязаны незамедлительно прекратить полет и совершить посадку.
– Это нужно, чтобы военные понимали: в воздухе никого из «своих» не осталось, – пояснила заместитель начальника отдела профилактики терроризма окружного департамента региональной безопасности Югры Ольга Гаринская. – Если кто-то продолжает лететь – это цель.
Что значит «немедленно»
Формулировка «немедленно прекратить полет» не отвечает на главный практический вопрос: сколько времени есть у оператора, чтобы посадить аппарат? Для беспилотника рядом с площадкой это могут быть минуты. Но борт, работающий над тайгой или болотом в десятках километров от базы, не всегда может приземлиться сразу и безопасно.
Участники встречи обсуждали, как совместить требование оперативно освободить воздушное пространство с условиями реальных полетов. Военные настаивают на максимально быстром прекращении полетов. Эксплуатанты же указывают, что время посадки зависит от расстояния до борта, рельефа и наличия безопасной площадки. Единого практического понимания того, сколько времени в этой ситуации означает «немедленно», пока нет.
Югра входит в число лидирующих регионов по развитию беспилотной авиации. По приведенным на встрече данным, в 2024 году в округе выполнили около 17 тысяч полетов БАС, в 2025-м – почти 19,5 тысячи. При этом 98% полетов в регионе связаны с плановыми осмотрами трубопроводов. Дроны также используют для мониторинга высоковольтных линий, лесных пожаров и зимников, а в стадии тестирования находится доставка продуктов и лекарств в отдаленные поселения.
– Когда диспетчер дает команду на посадку, он не всегда учитывает рельеф местности и удаление борта, – объяснил инструктор наземных систем управления компании «ЮТэйр – Вертолетные услуги» Руслан Носов. – Оператор может находиться над сплошной тайгой или болотом, а аппарат – в 70 километрах от точки старта. Если борт летит по автономному заданию без радиолинии контроля, оператор не сможет принудительно посадить его, даже получив звонок. Экипажу нужно время, чтобы довести аппарат до заранее разведанной резервной площадки и посадить штатно.
Участники подчеркивали: срок зависит от конкретного борта и условий полета. При этом каждая елка на пути принудительного приземления может вывести из строя дорогостоящий аппарат и даже стать причиной лесного пожара.
В режиме радиомолчания
Ситуацию осложняет работа средств радиоэлектронной борьбы (РЭБ). По словам операторов, при включении комплексов на объектах ТЭК пропадает сотовая связь, а спутниковые трекеры и радиостанции перестают передавать данные. В таких условиях смс-оповещения от МЧС могут не дойти до экипажа, а диспетчеры рискуют потерять возможность отслеживать борт.
В качестве одного из возможных решений участники встречи предложили выделять общую аварийную радиочастоту. Другой вариант – опыт Татарстана, где пилоты могут напрямую связываться с постами охраны. При этом, как отметили участники, нагружать мобильные огневые группы радиообменом со всеми гражданскими бортами нельзя: их задача – следить за воздушной обстановкой и отражать возможную атаку.
– Мы понимаем все технические сложности, но правила игры изменились навсегда, – подчеркнула Ольга Гаринская. – Сегодня мы предлагаем пользователям воздушного пространства интеграцию в систему «Небосвод», которая позволяет силовикам видеть план полета и владельца каждого легального аппарата.
Как рассказал начальник отдела оператора региональной инфраструктуры БАС Денис Цуканов, Югра уже тестирует доставку продуктов питания крупного ретейлера, перевозку лекарств и мониторинг зимников.
– На конкурсе «Аэрологистика 2.0» тяжелые беспилотники на реальных маршрутах доказали, что могут возить грузы для нефтегазового сектора и нужд населения на десятки километров, – говорит он. – Но чтобы эти проекты не оказались под запретом, вход в систему «Небосвод» должен стать обязательным для каждого, кто поднимается в югорское небо. Даже если во время работы РЭБ связь временно пропадает, платформа заранее фиксирует план полета, маршрут и владельца, поэтому силовики понимают, чей аппарат находится в воздухе.
Власти региона намерены продолжать диалог, но главное предупреждение уже прозвучало для всех владельцев квадрокоптеров. Публикация в социальных сетях кадров работы огневых групп или мест падения обломков влечет за собой немедленную административную ответственность, поскольку такие видео помогают противнику корректировать удары. Власти призывают жителей передавать любые записи полетов неизвестных дронов в полицию, а не выкладывать их в публичный доступ ради просмотров. Теперь каждый пилот в Сургуте обязан не только следить за камерой своего аппарата, но и чутко реагировать на сигналы воздушной тревоги, чтобы не потерять дорогостоящую технику из-за собственной неосмотрительности.
